"Величайшая польза, которую можно извлечь из жизни —
потратить жизнь на дело, которое переживет нас". Уильям Джеймс.
 














  • Искусство | Барды

    Берковский Виктор Самуилович



    Композитор, бард и ученый




    Виктор Берковский родился 13 июля 1932 года на Украине в городе Запорожье.

    Детство Виктора Берковского прошло на Украине, в родном городе. Во время Великой Отечественной войны он жил с семьей в эвакуации в городе Сталинске (ныне Новокузнецк), где его мама врач-кардиолог Этель Викторовна Герц заведовала терапевтическим отделением в госпитале для тяжелораненых. Отец Виктора - Самуил Михайлович Берковский в первый же день войны был призван в армию и, оставив на время мирную профессию бухгалтера, стал рядовым пехоты, воевал и вернулся домой после тяжелого ранения.

    Сам Виктор Берковский о своем детстве рассказывал: «Однажды в нашем детском саду появилась комиссия, которая выявляла одарённых детей. Меня послушали и сказали родителям, что ребёнок очень одарённый и его надо обязательно учить музыке. Отец пошёл и купил мне скрипку-четвертушку. Но я был ребёнок активный, дворовый, и очень скоро мне эти занятия надоели, я их начал пропускать, потом и смычки ломать. И родители оставили меня в покое. Тем не менее, мать водила меня на все концерты, какие проходили в городе. В Сталинске, где мы жили в эвакуации, была в это время московская оперетта, и мать, врач, лечила многих артистов, а они давали ей контрмарки, и так я пересмотрел весь их репертуар по многу раз».

    После войны семья Берковских возвратилась в Запорожье, где Виктор окончил среднюю школу, и в 1950 году уехал учиться в Москву, где сначала поступил в Московский автодорожный институт, но после 1-го курса, выбрав стезю инженера-прокатчика, перевелся в Московский институт стали (позднее переименованный в Институт стали и сплавов – МИСиС), который окончил в 1955 году по специальности «обработка металлов давлением». Он отказался от «нормального» распределения на московский завод «Серп и молот» и вернулся в Запорожье, чтобы начать трудовую карьеру на электрометаллургическом заводе «Днепроспецсталь», где в то время сложился замечательный творческий коллектив молодых инженеров-новаторов, настоящих энтузиастов своего дела. Чтобы досконально освоить свою специальность, изучить ее «от самых основ», Берковский по собственной инициативе занял рабочую должность вальцовщика на прокатном стане, а потом за 8 лет прошел все ступени профессии металлурга-прокатчика, поработав вальцовщиком, мастером, калибровщиком, затем старшим калибровщиком прокатного цеха и, наконец, заместителем начальника (а фактически он был начальником) технического отдела завода. Роль старшего калибровщика – ключевая во всем процессе прокатки, поэтому эту должность всегда занимали наиболее опытные специалисты, – так что Виктор Берковский стал тогда самым молодым «старшим калибровщиком» в Запорожье, а может быть, во всей стране.

    В 1962 году Берковский вернулся в Москву и поступил в аспирантуру МИСиСа, с которым была связана практически вся его дальнейшая трудовая биография. Параллельно Берковский поступил в вечернюю музыкальную школу в класс гитары. Он рассказывал: «Пришел в музыкальную школу, тогда мне было около 30 лет. Попросился на вечернее отделение. На меня посмотрели с ужасом и сказали: «На вечернее отделение поступают дети, которые не прошли на дневное. А вы, вроде, уже не ребенок». Тем не менее, меня приняли, выделили отдельного преподавателя. За год я прошел несколько курсов. А потом меня послали работать в Индию, на этом все мое музыкальное образование закончилось».

    Окончив аспирантуру и защитив в 1967 году кандидатскую диссертацию, уровень которой был расценен оппонентами как докторский, Берковский остался работать и преподавать в этом институте, дослужившись в последние годы до должности профессора. В интервью Виктор Берковский рассказывал: «Как получилось, что я начал писать песни на стихи профессиональных поэтов? В конце 50-х я был уже достаточно взрослым человеком, заставшим и пережившим тот взрыв повального интереса к поэзии, через который прошло тогда наше общество. Поэты сами читали свои стихи, выступали на площадях, живое слово звучало в больших залах... Это было необычно - и очень необходимо обществу, стихи на многое открывали людям глаза, выполняя отчасти функцию нынешней публицистики. Тот, кто прошёл через это, наверное, никогда не сможет быть полностью равнодушен к поэзии. А я, кроме того, всегда, сколько себя помню, жил с музыкой: вечно внутри меня существовала какая-нибудь мелодия, крутилась, развивалась, придумывалась чуть ли не помимо воли. И это, конечно, не могло не соединиться - стихи и музыка. Но стихи хорошие, настоящие...»

    В основе большинства песен Берковского, как правило, лежали лучшие образцы современной русской поэзии. И как отмечал поэт Юрий Левитанский в своем предисловии к одному из дисков композитора: «Он замечательно владеет редко кому доступным искусством правильного прочтения поэзии, прочтения точного, с тонким пониманием всех ее смысловых и звуковых нюансов, и потому его музыка почти всегда адекватна стиху, поэтическая строка обретает единственно возможное звучание». Одной из первых самых популярных песен Берковского стала «Гренада». Музыку на знаменитое светловское стихотворение неоднократно пытались написать и до, и после Берковского, в том числе некоторые очень известные композиторы, но народ знает и поет ее только в «берковском» варианте, с той единственной мелодией, которая как будто родилась вместе с этими стихами. Причем, как это и бывает с песнями, ставшими «народными», очень часто исполнители даже не помнят имени композитора. Виктор Берковский рассказывал: «Но вот могу вам сказать, сколько стоит «Гренада». За нее мне заплатили. И то после большого скандала. Сухарев устроил на радио скандал. Они ее крутили и объявляли, что песня народная. Потом пришел Сухарев и решил этому положить конец, вот, мол, живой автор (он привел меня с собой). Нас встретили два редактора, такие вальяжные ребята, которые встали в позу: «И все-таки нам автор музыки неизвестен...», не хотели платить. Но потом справедливость восторжествовала, и мне выдали 50 рублей. Я был очень доволен. В 65 году это была половина месячной стипендии. Я был тогда человек бедный, учился в аспирантуре. В то время самая большая сумма за песню, насколько я слышал, была 200 рублей. Птичкин получал 200, он в ту эпоху считался лучшим советским композитором…»





    Песне «Гренада» была очень популярна долгое время. Позже Виктор Берковский рассказывал Борису Минаеву историю, связанную с исполнением песни «Гренада»: «Однажды пришла на концерте записка от какой-то женщины. Она писала: мол, зря вы, Виктор Семенович, не поете «Гренаду», ведь эта песня - символ целого поколения с его мечтами, с его мифом о великой революции. Конечно, идеалов этих больше нет, так же как и мифов, но и песню забывать не стоит. Я опять стал петь на концертах эту песню, а перед ней рассказывать всю эту байку: как я сначала бросил ее петь (племянник приехал из пионерского лагеря и чуть не плачет: «Дядя Вить, опять меня твою «Гренаду» заставляют учить!»), как потом получил эту записку про поколение, про идеалы, про революцию... И вдруг в Америке, на концерте, в большом довольно зале из заднего ряда встает такой здоровый рыжий детина, делает мне знак «но пасаран» и басит: «Ще не вечер, Виктор Семенович!...»



    С 1970–го по 1972-й годы Берковский находился в командировке в Индии, где преподавал на металлургическом факультете Индийского технологического института в городе Кхарагпур, недалеко от Калькутты, куда он был направлен в составе небольшой группы профессоров. Результат работы этой группы был высоко оценен индийскими коллегами, поскольку все студенты, прошедшие курс обучения у советских преподавателей, продемонстрировали высокий уровень подготовки и, что было главным критерием качества образования, сразу получили престижную работу по специальности. Берковский рассказывал: «Я два года работал около Калькутты, в городе Кхарагпуре, в политехническом институте. Это было 20 лет назад. Мы, русские преподаватели, помогали индийцам организовать учебный процесс. У них там есть такая традиция, в начале учебного года для первокурсников все остальные курсы устраивают вечер. На этом вечере обязательно должен выступить профессорско-преподавательский состав. Из приехавших из России четверых профессоров - плюс их жены - я организовал хор, и мы выступили с песней «Гренада». Народ был в восторге. А нас потом называли - поющие профессора. Меня сразу пригласили в некое элитарное общество, которое устраивало домашние концерты для мировых знаменитостей. Однажды там играл Рави Шанкар, известнейший ситарист, живший, в основном, в Америке. Концерт длился всю ночь, все сидели и балдели. Я вникал в эту музыку и постепенно научился ее понимать. Индийскую музыку нельзя слушать и жарить котлеты, она требует определенного настроения, рассредоточенности... Из Индии я привез 30 слайд-фильмов, что такое Индия, из любви к своим друзьям... Я должен был поделиться с ними своими впечатлениями! Народ в Москве толпами ходил смотреть. Но больше всех оценил Юра Визбор, который сам приходил несколько раз, а потом начал присылать своих друзей. Звонок в дверь: «Нас прислал Визбор, чтоб мы посмотрели ваши слайд-фильмы об Индии...». У нас другая жизнь, мы еще не поужинали, но все бросаем, садимся и начинаем показывать. Через несколько дней опять звонок в дверь: «Здравствуйте, нас прислал Визбор…»

    После «Гренады» песни Берковского пошли в народ. Сам Берковский с юмором рассказывал о начале своей известности: «Как-то раз мы с моим другом решили посидеть где-нибудь вечером, поужинать. Вышли на улицу, думаем, а не взять ли нам такси? Тогда были очереди на такси. Подошла очередь, мы влезаем в машину, и вдруг на переднее сиденье плюхается какой-то нахал. Оказалось, это артист Рыкунин! Были тогда такие два известных куплетиста Шуров и Рыкунин. «Да мы вообще-то хотели в кафе посидеть, поужинать». И он говорит: «Слушайте, я вас сейчас отвезу в шикарное место!» Так я впервые попал в кафе «Молодежное». Это же было знаменитое место... Там любой мог выйти из зала, подняться на сцену, прочитать стихи, спеть свою песню. Его даже в кино показывали, в фильме «Еще раз про любовь», там, где молодые Доронина и Лазарев. Ну вот, мы посидели, поужинали, выпили... И тут объявляют, мол, кто хочет выйти на сцену? И я вышел на сцену... А играть на гитаре я тогда не умел. Там сидели джазисты, потом они оказались очень известными - Кузнецов и Данилов.И я им напел свою песню на стихи Киплинга «С песней шагом, шагом!»... И представь, имел такой успех, что стал выступать в разных молодежных кафе под их аккомпанемент. И они меня познакомили с одной редакторшей на радио, и она однажды звонит и говорит: «Я вас хочу познакомить с Никитиным». Я говорю: «А кто это?»…

    Так началось содружество двух композиторов Берковского и Никитина. Позже Татьяна и Сергей Никитины очень часто на своих концертах пели песни Берковского, а со временем Сергею Никитину удалось убедить Виктора Самуиловича выступать со своими песнями самому. Берковский рассказывал: «Меня уговорил Сережа Никитин. Раньше я никогда не исполнял свои песни. Я считал, что это не мое дело, что у меня нет данных для этого. Я на самом деле не артистичный человек. Поэтому я все время старался, чтобы кто-то их спел. Я перепробовал разные варианты, и многие эстрадные звезды пели мои песни: и Кристаллинская, и Кобзон, и Барашков, и квартет «Советская песня»... После каждого такого исполнения я считал, что все, пора завязывать. Такая гадость, а не песня. Но это ощущение появлялось не потому, что они плохо пели, а потому что это был другой жанр. Я этого не понимал. Я не осознавал, что есть жанр авторской песни (когда поет сам автор), из этого жанра нельзя выскочить, там свои законы. Но мне повезло, мои песни пел квартет Никитина. Он делал это настолько хорошо, что с тех пор я не чувствовал нужды в другом исполнении, в том числе и в личном. Постепенно Никитин начал меня привлекать к выступлениям, мы стали концертировать вместе, а потом мы стали еще и писать вместе. Со временем нам обоим стало тесно в одном концерте...»



    В соавторстве с Никитиным Берковский писал музыку к театральным спектаклям, кинофильмам и радиоспектаклям - «Мэри Поппинс» в Театре имени Ермоловой в 1975 году, «Коньки» в Центральном детском театре в 1975 году, к песням на стихи Юрия Визбора в постановке «Морские ворота» на Рижской студии в 1974 году, к радиоспектаклю по сказке К.Чапека «Большая докторская сказка» в 1977 году, к музыкальному спектаклю по сценарию Вениамина Смехова «Али-Баба и 40 песен персидского базара» в 1979 году, песням к детским радиопередачам «Будильник» на стихи В.Левина и Д.Хармса в 1978 году.

    Он исполнял песни с Галиной Бочкиной и Д.Дихтером, затем Галиной Бочкиной и Дмитрием Богдановым. Виктор Берковский любил рассказывать, как они с Сергеем Никитиным сочиняли музыку: «…Сочиняли мы «Али-Бабу» примерно так: у Сережи и у меня появлялись какие-то независимые идеи, а потом мы их сводили вместе, дорабатывали. Когда вместе дорабатываешь, рождаются совершенно новые искрометные мысли. Я вообще большой любитель совместной работы. Чаще всего мы занимались этим по выходным. У Сережиной мамы была однокомнатная квартира в Орехово-Борисово. Мы ехали туда на субботу - воскресенье, по дороге заходили в продуктовый магазин. Тогда в магазине все было, мы покупали, например, печенку... Сережа Никитин шикарный кулинар, он замечательно готовит. Я даже не знаю, что он делает лучше, готовит или пишет песни? Он начинал жарить печеночку, это целый процесс... Потом мы кушали. После еды кто-то первый должен был занять диван. Тот, кто занял диван - спал. А тот, кто не успел, должен был сочинять. Но сочинять одному совершенно не хотелось, и он начинал придумывать всякие причины, чтобы поднять другого. В общем, до вечера шла борьба за диван. Вечером мы друг другу говорили: «Как нам не стыдно, за целый день так ничего не сделали... А вот сейчас ночь, уже спать хочется...». Утром очень быстро что-то сочиняли и довольные собой шли домой…»





    Тогда же в 1970-х годах Поль Мориа хотел записать на пластинку какую-нибудь песню советских композиторов, а записал «Под музыку Вивальди» Берковского и Никитина, потому что песни советских композиторов ему безумно не нравились, а в буфете ЦДРИ он случайно услышал Сергея Никитина с песней «Под музыку Вивальди». Сергей Никитин немножко побаивался рассказывать об этой истории в полном виде на своих концертах (слишком уж было обидно для советских композиторов), а вот Берковский рассказал: «Мы тогда обалдели, не поверили в то, что это возможно, и тем не менее, Никитин помчался заказывать клавир, и за бешеные деньги (рублей за сорок вроде) ноты нам сделали за один день и за одну ночь. Мелодия была действительно записана великим оркестром и звучала по радио...»

    Виктора Берковского часто называли поющим профессором. В ученой деятельности Берковского главными направлениями были разработка теоретических основ и программного обеспечения компьютерных систем для расчета технологических параметров процесса сортовой прокатки и создание автоматизированных систем для управления режимом прокатки прокатных станов. Под его руководством защищено 14 кандидатских диссертаций, им опубликовано более 120 научных трудов, в том числе учебник «Теория пластической деформации и обработка металлов давлением» (в соавторстве с В.А.Мастеровым), выдержавшим три издания в 1969, 1976 и 1989 годах. Берковским написана книга «Калибровки сортовых станов заводов Главспецстали» в 3 томах (1972, в соавторстве), множество учебных пособий и статей в научных журналах.

    За заслуги в области образования он удостоен звания «Почетный работник высшего профессионального образования Российской Федерации».

    И в тоже время Виктором Берковским написано около 200 песен, многие из которых стали не просто широко известными, а являются подлинными «песнями нашего века»: «Гренада» на стихи М.Светлова, «Песня шагом, шагом» на стихи Н.Матвеевой, «Ну что с того, что я там был» на стихи Ю.Левитанского, «Сороковые роковые» на стихи Д.Самойлова, «Лошади в океане» на стихи Б.Слуцкого; «Вспомните, ребята!», «Песенка про собачку Тябу» и «Альма-матер» на стихи Д.Сухарева, «Контрабандисты» на стихи Э.Багрицкого, «На далекой Амазонке» совместно с М.Синельниковым на стихи Р.Киплинга в переводе С.Маршака, «Черешневый кларнет» на стихи Б.Окуджавы, «Спляшем, Пэгги, спляшем!» - шотландские песни в переводе И.Токмаковой, «Под музыку Вивальди» совместно с С.Никитиным на стихи А.Величанского), «Снегопад» на стихи Ю.Мориц и другие произведения.





    Песни Берковского изданы в авторских сборниках «Папа, мама, гитара и я: Песни С.Никитина и В.Берковского для детей и их родителей», «Виктор Берковский. Песни», и – наиболее полно – в книге «100 песен Виктора Берковского», а также опубликованы в журналах и газетах, и включены в десятки сборников песен и сайтов Интернета.

    Дискография композитора, помимо нескольких виниловых дисков, в том числе «Гренада, Гренада, Гренада моя...» в 1989 году и «Альма-матер» в 1991 году, а также ряда аудиокассет, включает компакт-диски «Али-Баба и сорок разбойников» в 1995 году, «Черешневый кларнет» в 1996 году, «Спляшем, Пэгги, спляшем!» в 1998 году и «Под музыку Вивальди» в 2001 году.





    Виктор Берковский рассказывал: «Когда я устаю от песен (бывают у меня такие запойные гастроли - 25 концертов за месяц), я с огромным удовольствием возвращаюсь домой и бегу в свой институт. Но если долго нет концертов, я ужасно скучаю по своей аудитории. Знаете, бывает такая живая публика, очень теплый зал, для которого хочется петь! Но это должно быть редко...»





    В 1999 году Виктор Берковский стал художественным руководителем проекта «Песни нашего века». Он рассказывал об этом проекте: «ПНВ» имел шумный успех. Мы взяли все лучшее из авторской песни, ввели контрабас, что придало некого драйва. Всем понравилось. Выпустили первый диск, в котором хором пели «бардовские шлягеры» такие известные барды, как Олег Митяев, братья Мищуки, «Иваси» и другие исполнители. После его огромного успеха мы, в эйфории, тут же выпустили второй. Потом народ начал требовать третий. Записали. Нас узнали, стали много приглашать не только по всей России, но и за границу. А в прошлом году записали четвертый диск под названием «Постскриптум», куда попали песни участников проекта. Затем записали диск из песен Булата Окуджавы…»

    Проект собрал ансамбль известных исполнителей, поющих в жанре авторской песни. Композиции исполняли Виктор Берковский, Георгий Васильев, Олег Митяев, Дмитрий Богданов, Александр Мирзаян, Валерий и Вадим Мищуки, Алексей Иващенко, Леонид Сергеев, Константин Тарасов, Галина Хомчик, Елена Фролова, Лидия Чебоксарова, Вадим Егоров и другие. Также в проекте приняли участие Виталий Соломонов и Сергей Хутас (контрабас). В рамках проекта «Песни нашего века» было выпущено пять дисков, ПНВ объехали с концертами всю страну, были приглашены на гастроли в США.



    Песни Берковского всегда отличались удивительной мелодичностью. Берковский - один из самых заметных мелодистов среди композиторов. Его талант заметен каждому, а его мелодии своеобразны и неповторимы. Он начинал выступать в ансамблях и прекрасно понимал, что такое сценическая песня, как она должна заводить публику. У него был гениальный дар аранжировки, и дар этот он использовал, выступая с другими гитаристами, что придавало его песням другой вид и звучание. Он был мастером подачи, звучания, умел сильно, ярко и очень точно выявлять в своих песнях самое лучшее. Конечно, он был любителем и действовал по наитию, но было у него еще одно загадочное свойство, которое трудно точно сформулировать. Сначала хочется сказать: ритм, но это не то, ритм - это просто элемент произведения. А у Берковского это можно назвать пульсом, как пульсирует бьющееся, живое сердце. Он создавал упругие, живые, дышащие песни, заставлял души и сердца входить в живой ритм. Поэтому, наверное, его песни обладают могучей живительной силой. Это настоящая живая музыка, которая будет долго оставаться в памяти людей.



    Виктор Берковский скончался 23 июня 2005 года в Москве, и был похоронен на Николо-Архангельском кладбище.



    Юлий Ким в интервью рассказывал: «Как ни тяжело говорить о Викторе Семеновиче Берковском в прошедшем времени, все же надо сказать, что он прожил замечательную жизнь. Дай Бог каждому достичь такого счастья, - быть, как он, хорошим, непростым, но обаятельным и добрым человеком, и оставить после себя такие бессмертные произведения. Именно бессмертные, другого слова не нахожу. Так же, как наше поколение воспринимает «Биттлз», Армстронга, да Моцарта, наконец, так же звучит для нас и неповторимая интонация Виктора Семеновича. Она, я уверен, останется такой же и для следующих поколений, что не может не наполнять меня гордостью и счастьем, когда я думаю о нем и о прожитой им жизни».

    Бард и композитор Александр Мирзаян рассказывал о Викторе Берковском: «Мы были близкими людьми, он был замечательным певцом, - трудно совместить в горестных словах одно с другим. Поэтому я бы хотел сказать о значении таких людей, как Берковский, для всех нас. Аристотель еще говорил: «Певец есть воспитатель общества и создатель его». Когда мы поем эти песни, мы поем не про Берковского, не про Окуджаву, не про Городницкого, - мы поем про себя. Мы себя обретаем в этих песнях, в любви друг к другу ими объясняемся, включаем магнитофон и погружаемся в целый мир, который был открыт нам этими людьми. И Виктор Берковский был одним из тех великих, которые нас объединяли. Недаром восточные мудрецы говорили: «Певец приходит к племенам и делает из них нацию». Песни, созданные Берковским, учат нас теплу, свету, правильному строю жизни. Если мы будем жить по ладу этих настоящих песен, - Окуджавы, Высоцкого, Берковского, - у нас все будет в порядке. И в этом смысле, у певца счастливая судьба. Виктора Семеновича нет, но мы ставим пластинку, и вот он – живой, доброжелательный, болеющий за общее дело».

    О Викторе Берковском был снят документальный «Фильм памяти».





    Автор текста Татьяна Халина

    Использованные материалы:

    Материалы сайта «Википедия»
    Статья Б.Минаева «Письмо Берковскому в Америку»
    Текст интервью Виктора Берковского «В музыкальной школе на меня посмотрели с ужасом», автор А.Окурина
    Материалы сайта www.biograph.ru





    13 июля 1932 года – 23 июня 2005 года



    Для комментирования необходимо зарегистрироваться!


    Берковский Виктор Самуилович (Барды)
    В настоящее время я работаю над миниатюрой-эссе о Викторе Берковском, которая должна стать составной частью книги "Снежная рапсодия", создаваемой в содружестве с московским писателем и переводчиком В.В.Кузнецовым. От Вашей статьи не могла оторваться. Это как раз то, о чём мне хотелось рассказать читателям накануне дня памяти учёному, поэту-барду и просто прекрасному человеку, нашему современнику, который остался жить стихами и песнями в нащих сердцах идушах. Мы передадим память о нём последующим поколениям, нашим детям и внукам. Хочется сказать Вам, Татьяна, большое личное спасибо.

    Ирене Крекер [2015-05-17 11:16:30]




  • Все статьи

    имя или фамилия

    год-месяц-число

    логин

    пароль

    Регистрация
    Напомнить пароль

    Лента комментариев

     «Чтобы помнили»
    в LiveJournal


    Обратная связь

    Поделиться:



    ::
    © Разработка: Алексей Караковский & журнал о культуре «Контрабанда»