"Величайшая польза, которую можно извлечь из жизни —
потратить жизнь на дело, которое переживет нас". Уильям Джеймс.
 














  • Искусство | Актрисы

    Бабанова Мария Ивановна



    Народная артистка СССР (1954)
    Лауреат Государственной премии СССР (1941, за исполнение роли Ларисы в "Бесприданнице")
    Лауреат Государственной премии РСФСР (1972, за театральную работу)




    Мария Ивановна Бабанова стала символом советских 1920-х годов, но символичность ее судьбы намного, намного глубже.




    Прочь из прошлого.


    Мария Ивановна родилась 11 ноября 1900 года в Замоскворечье. И сразу судьба вплела в обстоятельства места и времени дополнительный смысл: ровесница нового века и уроженка такого театрально-«островского» района…

    Она родилась в среде, досконально изученной и воспетой великим драматургом. Впрочем, без романтических вкраплений в эту добротную неброскую жизненную ткань не обошлось. Отец будущей артистки был потомком настоящего цыганского барона. Знойный красавец Иван Бабанов увел купецкую дочку Катеньку Прусакову и женился на ней вопреки воле ее родителей.

    На этом весь романтизм родителей Марии Ивановны исчерпался. К моменту ее рождения они вели скучную и размеренную жизнь замоскворецких обывателей средней руки. Никакой поэзией быта героев Островского, а тем паче Антона Чехова в доме не пахло. «Отец был бессмысленно, тяжело скуп, прятал даже мои детские деньги, которые давались к празднику… Родные были не очень любимы мной, так как от них я получала только бытовые «блага», но не получала того, что нужно детскому сердцу. Все, что я любила, находило жесткий запрет», – вспоминала Мария Ивановна.

    Вот где, наверно, истоки темы «холодного», одинокого детства, – детства героев Диккенса и Достоевского, Андерсена, Экзюпери… Дивный голос Бабановой (голос-колокольчик) зазвенит в детских радиопостановках 1950-х и 1970-х годов о своем, об очень глубоком…

    Из «холодного» дома родителей Бабанова ушла безо всяких сожалений. Поначалу этот «уход» был внутренним и для окружающих незаметным. К тому времени разразилась революция, обрушив привычный быт, а заодно и его предрассудки и ограничения. Революция бросила семейство Бабановых в привычную теперь для огромного большинства нищету, зато позволила юной Мусе выбрать свою судьбу.

    Бабанова устраивается на работу в Наркомпрос и одновременно, не сказав об этом родителям, посещает театральную студию Ф.Ф.Комиссаржевского – брата знаменитой актрисы. Здесь Бабанова выходит за своего первого избранника. Об этом родители узнают лишь через год. И весь этот год Муся Бабанова, как ни в чем не бывало, будет заплетать утром косу, и уходить на службу, а поздним вечером возвращаться в родительский дом по опасным, утопавшим в снегу улицам.

    Бабанова останется навсегда верной двум житейским правилам: всегда засыпать в своей постели и никогда не брать в долг.

    В Наркомпросе она на хорошем счету, в студии – тоже. Она самая гибкая и спортивная из студиек, может с разбегу перемахнуть через шесть в ряд поставленных стульев. И чему удивляться, если Муся Бабанова и в футбол тогда с азартом гоняла?..

    Будущее актрисы манило ее, но пока не очень отчетливо.



    Сохранилась фотография: студийцы Комиссаржевского в финале поставленной им «Женитьбы Фигаро». Бабанова-Фаншетта выделяется в этой кордебалетной по сути сцене удивительно органичным существованием в образе. Это не игра и не фиглярство, как у ее соседок по сцене, – это изумительное проникновение в стиль, в изысканный дух далекой эпохи. Словно среди кубистических декораций Лентулова проросла нежная фиалка из версальских оранжерей…

    В том спектакле ее партнером был молодой Игорь Ильинский (он играл садовника Антонио).

    С ним-то она и «сбежит» в театр Мейерхольда, тем более, что после невозвращения Комиссаржевского из-за границы в 1919 году его студия упразднится.


    «Злой гений» В.Э. Мейерхольда.


    Нет, это не опечатка. Мейерхольд был не злодеем, а гением. То, что Мейерхольд – гений нового театра, Бабанова ощутила всем своим существом, став его безропотной и самой талантливой ученицей.

    25 апреля 1922 года в Театре имени Мейерхольда (ТИМе) состоялась премьера спектакля «Великий Рогоносец» по пьесе бельгийского драматурга Ф.Кроммелинка. Этот спектакль стал звездным часом и Мейерхольда, и Бабановой. После него она вышла из театра самой модной московской знаменитостью…



    «Сало!», – так охарактеризовала Мария Ивановна пьесу, сделавшую ее звездой. Но сказала она это полвека спустя. Деревенский дурак и ревнивец доревновал свою юную жену до чертиков и в каком-то мазохистском раже предлагает ее ласки всем встречным и поперечным. Однако эротический смысл сего иронического парафраза на модную тогда тему извивов человеческой сексуальности, – этот пряный смысл вряд ли тогда доходил до юной Муси Бабановой. Она послушно, со всем пылом веры в гений режиссера-новатора, лишь выполняла его указания, воспринимая их, возможно, порой как заданья по акробатике.



    В самом деле, из незатейливой пьески «с перчиком» Мейерхольд вылепил блистательный образ вселенной, трагизм бытия в которой доведен до гротеска.

    Для врагов театр Мейерхольда – это нелепый цирк, для большинства последователей – кладовая острых, сценически выразительных решений. Но «цирк» Мейерхольдовского театра для него самого – это космос, представленный в момент его взрыва.

    Но так трагически (и для себя - провидчески) ощущать жизнь, как делал это Мастер, – его подражатели не умеют или не отваживаются. Поэтому жест-смысл становится у них только трюком, мистерия – легковесным цирковым представлением, а актер – обездуховленным реквизитом…

    Мария Бабанова воспиталась как актриса театра Мейерхольда. Вот отчего впоследствии ей было так трудно находить общий язык с другими режиссерами. Ее не устраивала приблизительность (то есть смысловая необязательность) их трактовок. Бабанова искала сама и ждала от режиссеров выражения всей полноты смысла в единственно возможной для этого смысла сценической форме.

    Ее партнеры по сцене единодушно отмечали нетерпимость Бабановой к фальши как к смысловой неточности, как к профессиональному браку.

    Звездный час Марии Бабановой – это 20-е годы прошедшего века. Ее фото не сходят с обложек советских журналов. Ее строгий, чистый, почти аскетический облик как нельзя соответствует имиджу образцовой советской девушки, – «спортсменки, комсомолки, отличницы», – активной, бескомпромиссной и независимой.

    Парадокс: как раз в это же время образцовая советская девушка играет на сценах Театра имени Мейерхольда (ТИМа) и Театра Революции (ТР) роли сплошь «разложенок»: шикарных европейских кокоток и порочных нэпманских «демуазелей» («Даешь Европу!» в ТИМе, «Озеро Люль» в ТР).

    Казалось, она слишком стильна, изящна, «французиста» для иного репертуара. «Фокстротирующие» 20-е нашли в ней свой эталон, но Бабанова ни разу не снизошла даже в трудные времена до «подработок» на сценах многочисленных кабаре и прочих «нэпаковских» «шалманов».

    Зато в «Озере Люль» она встретила своего второго мужа. Им стал актер Д.Я. Липман. Он безропотно принялся играть при ней роль пажа и смиренно сносил резкий, очень нелегкий в быту характер Марии Ивановны…



    Баня, 1930 год

    Одной из бесспорных удач Бабановой в это время стала роль Полиньки в «Доходном месте» Островского. Театралы поражались: как, – эта эмансипэ, эта европейская штучка – и так безошибочно точно играет русскую дубинистую мещаночку полукупецкого разлива?..

    Мало кто знал: Бабанова играла иных из своих родичей…


    «Ревизор» – Райх – разрыв…


    Новая «советская» жизнь вовсе не отменила древних, как мир, отношений в самых неприятных порою их проявлениях…

    Сердцем В.Э.Мейерхольда овладела одна из первых московских красавиц Зинаида Райх. Экс-супруга Сергея Есенина, она навсегда сохранила чувство к поэту, но в качестве опоры в жизни выбрала знаменитого режиссера. Стареющий Мейерхольд был увлечен ею, как мальчишка своей первой женщиной. Драматург А.Файко вспоминает об одной из репетиций с участием Райх: «Я наблюдал за Мейерхольдом, и мне казалось, что он мало слушает то, о чем говорят, потому что главной его заботой были комфорт и покой Зинаиды Николаевны».

    Когда тот же Файко принес Мейерхольду пьесу «Бубус», где главная женская роль была специально написана для Бабановой, мэтр, не колеблясь, и просто в ультимативной форме передал ее Райх. При сем Мейерхольд изрек драматургу: «Вам, конечно, будет приятно узнать, что роль Стефки согласилась взять на себя Зинаида Николаевна».

    Бабанова же «удостоилась» второстепенной роли…

    До предела отношения накалились во время постановки гоголевского «Ревизора».

    Вдохновленный тяжеловатой «брюлловской» статью З.Н. режиссер решил создать спектакль феерического, истинно имперского великолепия. На сцене царил подлинный мебельный и посудный ампир времен Николая Гоголя. Мечта городничихи о шикарной жизни «в столицах», не доступная ей у автора пьесы, оказалась материализованной по манию режиссера. (Мейерхольд еще не догадывался – а возможно, уже предчувствовал, – чем полыхнет для него самого блеск созидавшейся новой империи «отца всех времен и народов»…)

    Но для Бабановой (игравшей Марью Антоновну) трагикомическая «ампирская» феерия «Ревизор» разразилась весьма «гоголевскими» последствиями уже во время премьеры.

    «Вы думаете, я просто так, по роли, визжала? Меня Райх так щипала, что у меня потом долго синяки не проходили», – рассказывала впоследствии Мария Ивановна.

    Несмотря на такие провокации Бабанова блистательно выдержала свою роль. Ее Марья Антоновна, невинная и незнаемо еще для себя крайне уже развращенная, стала едва ли не главным бриллиантом всей постановки…


    К громадной досаде З.Н.


    От спектакля к спектаклю роль Бабановой ужималась до минимальнейшей. Мейерхольд откровенно дистанцировался от своей лучшей актрисы.

    Из воспоминаний Бабановой: «И тогда я им сказала: “Делайте со мной что хотите, я не могу уйти от Мейерхольда”». – «Но вы играть там все равно не будете». – «Мне все равно. Я там хоть жить буду, смотреть, как он работает…»

    Когда Мейерхольд, забывшись, начинал репетировать с опальной звездой, рождались шедевры-эпизодики, на которых держался весь спектакль (образ китайчонка боя в спектакле «Рычи, Китай!» в ТР).

    …Летом 1927 года на гастролях в Грузии семейно-творческий конфликт Райх–Бабанова–Мейерхольд достиг апогея. Темпераментные грузины вознамерились завалить в честь Бабановой весь театр розами. Мейерхольд счел это демонстрацией против жены, а значит, естественно, и против себя. Возмущенную записку администратору по этому случаю он подписал двойной фамилией: «Всеволод Мейерхольд-Райх».

    Новый сезон Бабанова вынуждена была начать только в ТР (будущий Театр имени В. Маяковского). Но преклонение перед гением Мейерхольда Мария Ивановна сохранила навсегда.


    Поиски.


    В Театре Революции Бабанова была признанной «примой».

    С небес искусства она упала на самую что ни на есть прозаичную «советскую» землю. Театр Революции был по-пролетарски беден и превратил эту бедность в свой стиль: голые кирпичные стены, в фойе – стенгазета, посвященная жизни «трудового коллектива». Театр – не храм искусства, а, так сказать, вполне рядовая заштатная фабричка…

    Из работ Бабановой той поры самой заметной стала роль мальчика Гоги в спектакле «Человек с портфелем». Артистка блистательно вжилась в образ реэмигранта, элегантного юного парижанина, который волею обстоятельств оказался в чуждой ему советской действительности.

    Пьеса о судьбах интеллигенции – редкость по тем временам на нашей сцене. Бабановой удалось раскрыть весь драматизм отношений «человека культуры» и режима, этой культурой тогда демонстративно пренебрегавшего.

    Но любопытно: сама Мария Ивановна тогда – человек вполне «советский»: она исправно посещает профсоюзные собрания, ходит на занятия чего-то в роде «рабфака». И внешне, и внутренне она все еще – символ наших 1920-х годов, пожинавших сладкие и горькие плоды раскрепощения женщины.

    В конце 1920-х годов в жизнь Бабановой входит писатель Ф.Ф.Кнорре. Статный, спортивный красавец (одно время он выступал в цирке)… Судьба?..

    Роман завершился браком.

    В начале 1930-х годов Бабанова получает редкостный по тем временам подарок судьбы, – отдельную трехкомнатную квартиру со всеми удобствами. Свой дом, – но семья для нее никогда не стояла на первом месте. Однако впитанное с молоком матери машинальное уважение к семейному очагу сказалось самым неожиданным образом: Бабанова поселяет у себя и престарелых родителей.

    Ее домашние застолья имеют мало общего с богемными и светскими «тусовками». За гостеприимным столом, коротало и доживало свой век его любимое Замоскворечье.

    В Театр Революции пришел по-настоящему крупный, талантливый режиссер Алексей Дмитриевич Попов. Работа со строптивой Бабановой кончится для него нервным срывом, но до этого было еще далеко. Пока результат оправдал самые смелые ожидания: вся театральная Москва заговорила о спектакле Попова «Поэма о топоре», посвященном жизни пролетариев – творцов развернувшейся в стране индустриализации.



    В нем Бабанова зажигательно сыграла героиню времени – рабочую девчонку Анку. Так будет проложен путь будущим героиням «из народа» Любови Орловой, – в их киношно-гламурном варианте, естественно.

    Романтика засаленных ватников и промасленных рукавиц продержится, впрочем, недолго. Очень скоро зрителю захочется не про станки и нормы, а про свое, человечье.

    Событием станет исполнение Бабановой роли инженерши Колокольчиковой в спектакле «Мой друг». Всего шестнадцать слов отведет ей драматург, – но они сделаются для зрителя смысловым гвоздем всего действа! Эти слова – о любви, о тоске по любимому.

    Эта шестнадцатисловная роль стала одной из театральных легенд Москвы и одним из шедевров Бабановой…


    Три звездные роли.


    Еще никто не знал, что 1930-е годы – это время великих репрессий. Верили: наступает время некоего умиротворения. Аскетизм и модернизм 1920-х годов сменяется новым стилем и сменой общественных ценностей. Теперь культивируется семья (нужно было поднимать рождаемость), классическое наследие (нужно было придать респектабельность новому стилю жизни), еще довольно широко понимаемый реализм в искусстве. Эпоха бивуаков и баррикад ушла, казалось бы, навсегда. Впереди тревожно (но еще не жутко) маячил призрак грядущей войны и, затмевая его, сиял тщательно раззолоченный пропагандой образ счастливой жизни при коммунизме.

    Усиленно формировался помпезный сталинский «вампир».

    В аскетически кирпичных стенах ТР решили ставить классику – «Ромео и Джульетту».



    "Ромео и Джульетта".

    Попов задумал зрелищный и несколько громоздкий спектакль. Нужды не было - удалось «выбить» голубой шелк для неба Вероны. Исполнитель роли Ромео М.Астангов бредил Гамлетом и своего юного героя весьма основательно подсушил интеллектуализмом. Массовка оказалась неуклюжей и порой напоминала митинг, а не жизнерадостную толпу. Спектакль свершился, спектакль, – да, в целом, удался.

    Бабановская Джульетта поразила своей весьма спорной, но властно увлекающей дерзкой внутренней зрелостью. Это была, скорее, трезвая и расчетливая юная Лукреция Борджиа, смело манипулирующая окружающими. Личность масштабная, яркая, без привычного сиропа традиционных трактовок. Но это не была, в общем, личность ЛЮБЯЩАЯ…

    Тема любви, как ни странно, оказалась еще «не по зубам» Марии Бабановой. Душой она все еще оставалась в сверхэмансипированных 20-х.

    После этой постановки Попов ушел из театра. Снова без режиссера?.. Но у Бабановой как раз примерно в это время возникла возможность «осесть» во МХАТе, – ее позвал туда Станиславский. Но сам он тогда не ставил, а на меньшее Бабанова была не согласна.

    Она осталась в ТР, словно предчувствуя, что после полууспеха «Ромео и Джульетты» ее ждут две, возможно, самых главных ее роли.

    Борясь за сборы, Театр Революции решил поставить в середине 30-х веселую, лиричную и «костюмную» комедию Лопе де Вега «Собака на сене». Бабанова получила роль графини Дианы де Бельфлер.



    "Собака на сене".

    Ее Диана покорила Москву. Да и только ли лишь Москву? Переводчик «Собаки…» питерец М.Лозинский посвятил Бабановой-Диане галантно-восторженный мадригал:

    Когда над миром в сотый раз
    Взойдет небесная Диана,
    Из далей невского тумана,
    Поверьте, я увижу Вас.

    И для меня в священный час
    Возникнут – трепет темной залы,
    И этот голос небывалый,
    И сумрак небывалых глаз.


    «Вызывающе рыжая, в беспокойно-алом платье, она спорила с собой, а не с Теодоро. И Теодоро и Марсела со своими чувствами были статистами ее душевных борений».

    Но опять: не любовь Женщины, а терзания Личности! И – блистательная, заразительная и разящая ирония.

    Могучий комедийный дар Бабановой еще в 1920-е годы подметил один из «стариков» Малого театра. Эх, ей бы репертуар прежней, императорской, сцены! Ей бы каскадные роли героинь искрометных французских комедий!..

    Мария Ивановна и сама ощущала недовостребованность себя в этом амплуа. Будучи «лицом эпохи», она в каких-то своих глубинных качествах с эпохой не совпадала…

    И вот все, что было накоплено в жизни и прежних ролях, «рвануло» в главной для Бабановой роли, – в роли ее современницы Тани, в самый канун войны.

    Бабановой пришлось жестко отстаивать пьесу у театральных чиновников, – сам молодой автор Арбузов еще не имел права голоса в кабинетах начальства.

    «Таня была истинным подарком судьбы – одним из немногих, какими побаловала ее судьба… Таня была женщина того же круга, она была современница, она была похожа на Марию Ивановну Бабанову и вовсе на нее не похожа».

    Среди горячки первых пятилеток бабановская Таня оказалась просто женщиной, которая ЛЮБИТ. Этого было так много для человека, этого оказалось так прискорбно недостаточно для счастья…

    Бабанова сыграла любовь, – вернее, одиночество в любви. Сыграла эту тему вопреки воле режиссера (А.М.Лобанов) и автора. Финал спектакля, где Таня «излечивается» от своей любви и становится «полноценным членом общества», Бабанова, в общем, спускала на тормозах своей изумительной актерской техники.

    И она сама, и ее современники признали только Таню первой половины пьесы, – Таню влюбленную и болеющую своей любовью. Зрители верили и любили ее. Москвички подражали героине спектакля даже в одежде (лыжная шапочка с «ушками»)…



    Между тем, отношения самой Марии Ивановны с Кнорре все усложнялись. Уже после войны они расстанутся, сохранив дружбу по телефону. Кнорре будет бытово заботиться о ней, но после развода они больше ни разу не встретятся…


    Письма…


    Из писем Ксении (выдержки даются по книге: М. Туровская Бабанова: Легенда и биография, с. 301–303)

    1943 год.

    «Дорогая Мария Ивановна! Не пугайтесь письма, оно последнее.

    Вы, написав, сделали для меня много больше того, что я стою, я горячо благодарю Вас за уважение ко мне, сквозящее из каждой строчки, и удивительное внимание к моей злосчастной душевной жизни…

    Пожелайте мне в Вашей теплой душе побольше сил на борьбу. Будьте благословенны, мое солнышко.

    Ваша Ксения».


    1947 год.

    «Дорогая Мария Ивановна!..

    Когда я сейчас прочла Ваши слова: «Вижу Вас такой, какой всегда представляла, будьте, дорогая, всегда чистым, доверчивым существом, не думайте, что Вы будете глупо выглядеть в глазах циников с опустошенными сердцами«… Дальше написано: «Много часов я лежала и думала; думала о Вас, стараясь проникнуть в завесу закрытого от меня будущего. Вы особенная, и это принесет Вам много осложнений в жизни. Но разве бы Вы хотели стать другой, попроще?..»

    А теперь я мать и больше ничего; веду свою роль с полным усердием, воодушевлением, вдохновением, – словом, так, как я только и умею.

    Примите от меня самый сердечный привет, самую горячую благодарность за все, за все доброе…

    Ксения».



    Роли во времени и вне него.


    Накануне войны в Театре Революции намечалось взорвать «бомбу». Завадский ставил здесь «Бесприданницу» с супер-составом: Астангов, Абдулов, Орлов, Мартинсон. Ларису играла Бабанова.

    Но «бомба» не взорвалась. Публика осталась вежливо равнодушной, и звездная «Бесприданница» быстро сошла со сцены ТР. Случись премьера в начале 1960-х годов, спектакль объявили одним из шедевров Завадского и всего коллектива, а бабановскую Ларису – одной из бесспорнейших удач артистки.

    Во всяком случае, известный театровед М.Туровская считает так. И поясняет: Бабанова играла отчуждение человека, играла «публичное одиночество», – и это была «игра на опережение». Такую трактовку сверхколлективистски настроенная предвоенная публика не поняла, да и не захотела бы понять. В стране, воспринимавшей себя осажденным лагерем (и как бы одной семьей или хотя б коммуналкой), тема трагедии одиночки была не ко времени.

    Лето 1941 года Театр Революции и Бабанова встретили на гастролях в Минводах. Буйно цвела природа, спектакли чередовались с комфортабельным отдыхом. Даже отношения в труппе, достаточно напряженные, несколько «умягчились»…

    И вдруг: 22 июня!..

    Мария Ивановна срочно вернулась в Москву. А затем началась для нее эвакуация в далекий Ташкент. Здесь ТР ставит спектакль «Питомцы славы» о героине войны 1812 года Н. Дуровой. В основе – знаменитая в будущем пьеса в стихах А. Гладкова. К ней же на далеком Урале обращается и режиссер Попов в эвакуированном туда Театре Советской Армии.

    По возвращении в Москву обе версии вынесут на суд искушенной столичной публики. Победит Попов.

    И победит справедливо: в спектакле ТР не сложилось ансамбля. В нем слишком доминировала блистательная Бабанова.

    Ее Шура Азарова – просто великолепный концертный номер.

    И, – годы брали свое. Было необходимо перейти на иные возрастные роли.

    Новый руководитель театра (собственно, и сделавший знаменитую «Маяковку») Н.П.Охлопков, как будто, должен был понимать трудности Бабановой.

    Но, – Охлопков тоже был учеником Мейерхольда. Многие приемы подзабытых шедевров мэтра он возрождал, придавая им несколько пафосный блеск полупридворного искусства. Для бескомпромисснейшей Бабановой Охлопков был эрзац- (а значит, и псевдо-) Мейерхольд. К тому же, ее сверстник, он трагически воспринимал Марию Ивановну прежней Мусей 1920-х годов!.. Ей, 46-летней, он поручает роль Любки Шевцовой в молодежном по составу спектакле «Молодая гвардия». Бабанова прекрасно воспроизводит говорок и повадки шахтерской задорной девчонки, но… Положение не спасает даже знаменитая песня «Одинокая гармонь», впервые исполненная именно Бабановой и именно в этом спектакле.

    Но Охлопкова «ведет» еще дальше. В 1955 году он поручает ей роль Офелии. Мария Ивановна рвется уйти из театра. Ее измученное сознание видит в таких «своевременных» назначениях на прекрасные роли какие-то даже козни…

    Из всех свершений того времени по-настоящему большой удачей актрисы стала роль Софьи в «Зыковых» Горького. Режиссер видел Софью ключницей-скопидомкой с волосами, прижатыми к голове лампадным маслом. Но Мария Ивановна преотлично знала и помнила среднебуржуазную среду начала столетия. Она играла Софью умной и элегантной дамой, овеянной культурой «серебряного века».



    Еще одна удача Бабановой в те годы – роль Кей в спектакле «Украденная жизнь» (своеобразный японский вариант «Вассы Железновой»). Пьеса ставила перед немолодой артисткой труднейшую задачу: сыграть три возраста героини, – юность, зрелость и старость. Да еще в непривычном антураже сверхсложного и неудобного для европейца японского быта.

    Но годы брали свое. Выходила Мария Ивановна на сцену реже. Все чаще брала дополнительный отпуск и проводила его на даче, в обществе любимых собак.


    Два последних шедевра.


    Тогда еще не ставили пьес Т.Уильямса. А по признанию всех, Бабанова была «его» актриса.

    Мало встреч выпало ей и с близкими по духу героями Диккенса и Достоевского.

    И все же в 1971 году Мария Ивановна с блеском играет Марью Александровну Москалеву в «Дядюшкином сне». «Самое удивительное, что в буффонно-трагической роли Марьи Александровны Москалевой – этого уездного Наполеона в юбке – Бабанова сыграла не только и не столько стяжательницу, хамку или полководца своих интриг, сколько ту девочку с обойденной счастьем душой, которую не доиграла в молодые годы».



    В 80 лет Мария Ивановна «изменила» сцене Театра имени Маяковского. Ее пригласили на роль Жены в спектакле «Все кончено», который ставили по пьесе Э. Олби на сцене МХАТ с участием М.И.Прудкина и А.О.Степановой.

    Да, никто не хотел в это верить, великие «старики» нашей сцены прощались со зрителем! Но всем тогда хотелось думать: нет, только репетировали, только играли прощанье…

    На сцене возник изумительный ансамбль. Каждый играл в нем что-то свое, глубинное, всею жизнью выношенное, – свою главную тему в искусстве. Свою тему играла – увы, завершала тогда – и М.И.Бабанова.

    Вот что пишет об этой ее работе Майя Туровская: «Однажды обманутая в своем первом девичьем чувстве или просто недолюбленная в суете жизни на виду, она взрастила в своей душе эту неприязнь и недоверие к чувству. Бабанова играет драму сильной души, не способной на самозабвение любви. Возвращаясь к прежним ее ролям, можно сказать, что она играет драму женской независимости в новых предлагаемых обстоятельствах».

    Впрочем, есть и другая, более облегченная трактовка: «В роли Жены Мария Ивановна играла или проживала умиротворенную и достойную старость, по-прежнему красивую, мудрую и величественную. Такой осталась в памяти зрителей и сама Бабанова – женщина-легенда, женщина-эпоха».


    Радиотеатр.


    Особое место занимает в творчестве Бабановой ее радиотеатр. Уникальная мелодика бабановского голоса, умеющего передавать тончайшие психологические нюансы разных образов, сделали ее незаменимой на Студии звукозаписи. Они стали своего рода исповедями, войдя в сокровищницу национальной культуры.





    Высокий, скользящий, богатый тембрами голос Марии Ивановны Бабановой сохранили радиопостановки «Оле-Лукойе» и «Маленький принц», а также радиоспектакль «Портрет Дориана Грея». Она принимала участие в дублировании фильма «Алишер Навои» в 1947 году и озвучании анимационных фильмов «Сказка о царе Салтане» в 1943 году, «Сказка о рыбаке и рыбке» в 1950 году, «Оранжевое горлышко» в 1954 году и других мультфильмов.



    Она озвучивала роль Снежной королевы в полнометражном мультфильме «Снежная королева» в 1957 году. Образ королевы создавался методом «эклера» – актриса исполняла свои сцены, их снимали на кинопленку, а затем все очертания и движения переносили на бумагу. Полученные таким образом рисунки и составляли основу мультфильма.

    Бабанова, никогда не занимавшаяся преподавательской деятельностью, как-то раз, в 1934 году, по счастливому стечению обстоятельств набрала целый курс учеников. Один-единственный. Зачем ей, жившей только сценой, думавшей только о театре, понадобился преподавательский опыт, так и осталось неразгаданным. Она больше никогда его не повторяла, однако за питомцами своими следила пристально и придирчиво, подсчитывала, кто получился, кто – нет, кому зря отдала свое время, кому – не зря... К 2000 году из тех студентов остались двое – драматург Виктор Розов и актриса Татьяна Карпова.

    Виталий Вульф подготовил о Марии Бабановой телевизионную передачу из цикла «Мой серебряный шар».





    Использованная литература:

    Туровская М.Бабанова: Легенда и биография. – М.: Искусство, 1981. – 351 с., ил.
    Русские богини. – М.: АСТ-Пресс Книга, 2005. – С. 195–207. – (Знак судьбы)
    Текст В. Бондаренко "О Марии Ивановне Бабановой"






    Рассказ народной артистки СССР Татьяны Карповой о Марии Бабановой...



    – В Харькове на первом курсе музыкально-театрального училища режиссер, который с нами занимался, заявил мне: “Есть такая актриса, Бабанова. Тебе нужно учиться у нее”. И я поехала в Москву. Это было провидение. Оказалось, год назад Бабанова набрала курс в театральном училище и на том курсе случился недобор. Я решилась сдать экзамен. Читала что-то, какой-то отрывок. На протяжении всего моего выступления Бабанова хохотала. Акцент у меня, и правда, был жуткий. Я решила: точно не возьмет. Но она взяла.

    На уроке техники речи знаменитая Сарычева, услышав мое воспроизведение текстов, схватилась за голову: “Боже мой, какой же дурак вас принял?” Я в ответ: “Та шо вы ховорите! Какой дурак? Разве ж Бабанова дура, что ли? А если вам не нравится, как я разховариваю, так и учите меня! И тогда я буду разховаривать, как вам надо. Хоть мне то, как я разховариваю, нравится, и Бабановой тоже понравилось, раз она меня взяла...”

    Учила нас Мария Ивановна очень своеобразно. Показывала, скажем, какой-то свой отрывок, и у нас случался “полный отпад”. Потому что это было неправдоподобно. То, что она делала, было не-пра-вдо-по-до-бно. Так актрисы не показывают, так не играют. Я почувствовала: это некое явление, посланное Богом. Чтобы я это узнала, чтобы увидела, чтобы была рядом.

    Как-то мы репетировали с партнером эпизод на тему “свидание хоть и состоялось, но...”. И была в той сцене занавесочка, доходившая мне до колен. Бабанова сказала: “Не выходи, стой за занавеской. Тебя должны угадать. Я хочу видеть, как реагируют твои ноги на то, что тебе говорят...” То есть должны были играть ноги. А когда сцена была сыграна, она объявила: “Вот теперь мне ясно, кто ты, и что ты, и что там между вами произошло”. Ей не были важны лицо, глаза, было важно то таинственное нечто, что происходило за занавеской. Вот это она нам и преподавала и это же использовала, когда играла сама. В спектакле, например, когда звучал монолог партнера, никогда не стояла лицом к зрителю, старалась обязательно повернуться к залу спиной. Но ее спина, ее руки, ее голова – все свидетельствовало о том, что у нее внутри происходит. Тот монолог, который происходил в ней, на самом деле и был диалогом с партнером.

    Она сама по себе была потрясающей школой. Когда играла Джульетту, а мы, студенты, бегали там же на сцене в массовке, то, видя, как она умирает, просто обливались слезами, как бы нам и вправду ее не потерять. А она твердила: в жизни не выпендривайся, ты на сцене выпендривайся. То есть не важно, как ты выглядишь в жизни, но, выходя на сцену, должен быть прекрасен, должен быть неотразим – любим или ненавидим.

    Очень страдала от того, что ей – не по своей воле – пришлось уйти от Мейерхольда. Обожала его. Ей было трудно с режиссерами, которым все равно, куда она пойдет, как сядет (Мейерхольд же ставил и поворот головы, и пальчики, и мизансцены). Такой подход был присущ и Охлопкову, который позднее пришел в наш театр. Репетировали спектакль “Сыновья трех рек”, где Бабанова играла хрупкую француженку. На какое-то требование режиссера она отреагировала: “А вы сами так сыграйте!” И вышел Николай Павлович Охлопков, этот огромный красавец мужчина, и вдруг стал маленьким, инфантильным, нежным, заговорил трепетным голосом. Бабанова, глядя на него, залилась смехом. Но сыграла так, как он показал, правда, значительно лучше, чем он, блестяще, в своей манере. Так сыграла, что зритель пошел в театр именно на этот маленький эпизод.

    Говорили, что Бабанова у Мейерхольда училась, по системе Мейерхольда работала. Ничего подобного. Она была так правдива, так неповторима, что выучкой этого не объяснить. Когда играла на сцене, происходило нечто невероятное, от нее в зрительный зал шел необыкновенный, мистический посыл.





    Бабанова была абсолютно не светская женщина, не посещала, как теперь говорят, тусовки. Совершенно была равнодушна и к тому, как одета. Сыграет спектакль, надвинет шапчонку на глаза и быстренько уходит, чтобы ее не видели, чтобы с ней не разговаривали. Как бы это получше объяснить: вот появилась на небе звездочка, загорелась, посветила и исчезла. Вот появилась на сцене актриса Бабанова, отыграла спектакль, заворожила зрителя и исчезла. Ей было присуще абсолютное отсутствие житейского чванства. Эти огромные голубые глаза, этот неповторимый, нечеловеческий голос, который проникал в самое сердце... Она была как сказка. Ведь сказка – это прекрасно, но в сказке не все то, что может происходить в жизни. Так вот, она – из сказки, и потому не могла жить нормальной человеческой жизнью. В человечьей жизни она больше всего любила природу (у нее была дача, где она копалась в земле), любила сердцем собак, подбирала бездомных. И реагировала на события иначе, чем все люди. Никто не смеется, она – смеется. Никто не плачет, она – плачет. Когда шла на сцену твердой походкой, по дороге себя не любила, ругала себя: мол, и толстая она, и это у нее не так, и то не так. А на сцене появлялся ангел невообразимого обаяния. После спектакля вновь двигалась твердой походкой и вновь ругала всех на чем свет стоит: и рабочих, и актеров, и себя. Я при виде ее становилась такой маленькой-маленькой: “Здрасьте, Марья Иванна!” Молчит. Я снова: “Здрасьте, Марья Иванна!” Молчит. Нет, думаю, добьюсь своего. И снова: “Здрась...” Резко: “Ну, здравствуй, здравствуй!” Она была вся в своих делах, а мне следовало заниматься своими. Существо неземное. Ну с неземным существом можно ли все время рядом находиться? Не признавала мирской суеты. Никогда не тратила на это времени. Единственно, что не преходящее и не пустое, – это ее присутствие на сцене. Когда мы закончили учебу и разбрелись, у меня поначалу было ощущение, что она нас забросила. Но это было не так. Она очень пристально за нами следила. И всегда, пока она была жива, я затылком чувствовала ее присутствие. А потом – интересная штука – она поселилась во мне и по сию пору живет. Я, как и она, совсем не светский человек и также люблю собак и природу. Заразилась от нее, что ли. И когда играю, знаю точно, что делать надо, а что – не надо. Я хорошо помню ее слова:

    “Никогда не делай того, что не пойдет тебе на пользу на сцене”.

    Что бы о ней ни писали, что бы о ней ни говорили, это все равно недостаточно и не точно. Перечисляются какие-то истории о том, как жила, как репетировала, как ссорилась с тем-то и тем-то. Все мишура. Бабанову никто не разгадал, как до сих пор никто не разгадал улыбку Монны Лизы. Но, слава богу, людям выпало счастье видеть и слышать ее.

    © "Литературная газета", 2000


    ВОСПОМИНАНИЯ ВИТАЛИЯ ВУЛЬФА.



    ...Круг друзей Марии Ивановны Бабановой с годами становился все уже и уже. Жила она замкнуто на улице Москвина, дом 5, на пятом этаже в доме без лифта - его поставили к концу ее жизни. Умерла в 1983 году. После ее смерти Фаина Георгиевна Раневская написала на листке бумаге: "Скончалась Бабанова - величайшая актриса нашего времени. Все время с тоской думаю о ней..."

    Актриса делала зрителей счастливыми, Ольга Андровская писала ей: "Ваш обаятельный талант и замечательное мастерство целиком покоряют и убеждают зрителя, и заставляют его радоваться, смеяться и улыбаться душой, - что очень нужно и очень ценно". Поэт и переводчик Михаил Лозинский называл ее ослепительной волшебницей. Почитателей ее дара насчитывали десятками тысяч, хотя телевидения в те годы не было и только радио доносило до людей, не видевших ее на сцене, хрустальный голос актрисы, любившей на радио читать сказки. Бабанова - звонкое имя. Когда она играла, зрители, стремившиеся попасть на спектакли с ее участием, разгадывали тайну и магию этой самой уникальной звезды театра двадцатого века. В ее знаменитых ролях постоянно жило ощущение непоколебимого человеческого достоинства и горького юмора. Таня, Диана, Лариса, Джульетта навсегда вошли в историю русского театра. Даже когда она играла в незначительных спектаклях, роли, сыгранные Бабановой, запоминались благодаря ее фантастическому мастерству и редкому дару, пронзительному и острому. Маленькая несчастливая максималистка - такой она часто бывала на сцене. Такой и оставалась в жизни. Майя Туровская, написавшая одну из самых лучших книг в русском театроведении под названием "Бабанова: легенда и биография", писала в конце книги: "Когда-нибудь, когда уже не станет нас, когда пройдет и кончится наша беспокойная суетная деятельная, утомительная и целеустремленная, несчастная и счастливая жизнь - все так же таинственно, лукаво и повелительно будет звучать удивительный голос Бабановой - голос самой Сказки".

    11 ноября, в день столетнего юбилея актрисы, Театр имени Маяковского выпустил специальную афишу и подготовил специальную программку в память Марии Ивановны Бабановой, и сыграл пьесу Моэма "Круг". Скептическая и острая пьеса Моэма была поставлена Татьяной Ахрамковой лет двенадцать назад. Андрей Гончаров легко согласился на предложение поставить "Круг" прежде всего потому, что много лет назад, после войны, пьеса была уже поставлена в театре в другом переводе забытым ныне режиссером Федором Кавериным, и Бабанова играла не самую главную и не самую выигрышную роль Элизабет. Играла как всегда умно и мастерски. Но пьеса попала под ждановский нож, в постановление о репертуаре драматических театров 1946 года, и была снята. Играли ее очень недолго. В 1970-х годах Бабановой вновь захотелось сыграть "Круг", роль леди Китти, блестяще написанную автором. Но пробить пьесу в те годы тоже не удалось. И вот в 1988 году был поставлен новый "Круг" - совсем другой спектакль, с совсем другими исполнителями, а легенда неслась вслед - в этой пьесе играла Бабанова.

    11 ноября зрители штурмом брали театр. Войти в зал было невозможно. Билетов в кассе не было никаких. Стояла очередь студентов в надежде на входные. В основном молодые зрители заполнили театр и расхватывали программки с портретом Бабановой. Театр Маяковского удивительно тепло и красиво отметил столетний юбилей первой актрисы театра, которой давно уже нет на свете. Самой совершенной сценической мастерицы двадцатого века.

    Только почему-то Дом актера то ли не захотел, то ли не знал, как отметить этот юбилей, и постарался его не заметить.


    Отрывки из писем Бабановой. Переписка длилась почти двадцать пять лет - с 1956-го по 1980 год - и только частично была опубликована.



    "...Репетируем и должны выпустить в марте-апреле "Вишневый сад". Это все-таки ничего. Дали Евгения Самойлова на роль Лопахина - это одно из давних моих предложений. Макет очень приятный, и если бы на месте Дудина был Всеволод Мейерхольд, то я бы смело смотрела вдаль. Но боюсь всего. О мизансценах уже думаю сама. О музыке тоже и обо всем, что не должно было бы касаться тоже. Так и работаем. Но все же, если есть работа, то жить можно, и это, вероятно, наделило меня неслыханным нахальством дать себя уговорить выступить в роли Тани в 1000-м спектакле. Об этом не жалею. Хотя неделю перед этим не могла ни пить, ни есть и играла как в тумане. Этот спектакль несколько залечил рану, нанесенную мне в Баку обстоятельствами. Я чувствовала себя живой и существующей, и кому-то нужной... В Москве дикие морозы, и ничего взамен. Ни премьер интересных. Ни интересных приездов. Будапештская "Сильва" не бог весть что, и "Порги и Бесс" - скучновато. Других новостей просто нет...

    8 февраля 1956 года.


    Вчера приехала из Ленинграда сыграть премьеру "Вишневого сада". Фактически этот спектакль был сыгран втихую. Для сдачи плана и только три раза прошел в поездке из-за болезни режиссера. Поэтому ничего не известно ни мне самой, никому - что из этого вышло. На днях выяснится, что мы провалились. Думаю, что Чехова театр не понял. А я только поняла, что не поняла. А сделать тоже не смогла. К сожалению, пьеса исключительно ансамблевая, чего нельзя сказать о нашем театре. С радостью ушла куда бы нибудь, но некуда. Пробавляюсь пока гастролями в другом театре. Переезд из Москвы в Ленинград надолго и вообще страшен. Остается терпеть....

    16 октября 1956 г.


    В Ленинграде живу одиноко, иногда, когда есть время, брожу по городу. Вчера забрела в район Пряжки... Репетирую и стараюсь не раздражаться. Премьеру английской комедии сыграли - "То, что знает каждая женщина". Внешне успех большой. Приеду в Москву, вам напишу. Живу в "Астории" - это на всякий случай...

    Декабрь 1956.


    Я на выдохе. Играю по 15 спектаклей в месяц. С ездой из Москвы в Ленинград и обратно. Не сплю в дороге и постоянно нахожусь в повышенном темпе, отчего страшно устаю. Я боялась вам написать о том массовом гипнозе, который сопровождал незатейливую английскую комедийку. Играем не Бог весть как. Поставлена просто плохо. Но народ валит валом, и театр воспрянул духом или, вернее, карманом от этой пьесы. С тех пор, как лягнули в прессе, этот гипноз только усилился, и теперь дирекция собирает аншлаги в огромных Домах культуры, отчего моему брату не легче... Начали было репетировать хорошую драму современного английского драматурга ("Глубокое синее море") Т.Раттигана. Но пока приостановили, не зная, стоит ли работать впустую или с риском. В пьесе ничего вредного нет. Но разве в этом дело? "Вишневый сад" к моему огорчению не получился в целом как ансамблевый спектакль, поэтому он идет редко. Нет брата. Нет Ани - никого, кроме Лопахина и Вари...

    28 января 1957 года.


    Ленинградский театр бешено ищет пьесу для меня, воображая, что я в любой роли буду помогать им собирать аншлаги. Не уверена. Драма Раттигана "Огни на старте" идет и пока незапятнана. Но это не значит, что разрешат "Глубокое синее море". Хочу в Москву. Домой. Гостиничная жизнь, нечастые прогулки и одиночество. Бывает у меня Юрий Александрович Головашенко (известный ленинградский критик). Общаюсь с Полиной Мелковой, переводчицей, и изредка хожу в балет. Здесь появилось новое поколение: Осипенко, Колпакова, это хорошо. Видела вчера Аллу Шелест, замечательная балерина...

    Вы пишете, что я мучаю себя - это не так, а может быть, вы и правы, но поделать с собой ничего не могу. Пишите. Обязательно отвечу.


    12 февраля 1957 г.


    Была на концерте американского пианиста, типа Клайберна, худенький, моложавый, болезненный, без тела, одни руки, но очень симпатичен, и еще видела "Жизель" с Иветт Шовире. Я ее очень люблю, она удивительно благородна, изящна, вкуса много во всем... но для Жизели она немолода, и мне это было тяжело, знаю это по себе...

    12 февраля 1960 г.


    Вынуждена завтра идти на радио записывать "Месть живых" по повести Татьяны Тэсс. Много фальши, сантимента, ура-патриотизма - старались с режиссером Липовецким оставить правдивое и человеческое, но, боюсь, вряд ли это удалось. Завтра иду на "Лжеца" - жалею, что не будет вас с нами.

    Сразу же напишу, что и как. Театр молчит. А я завтра решу, быть или не быть...


    (Без даты).


    Вчера была наконец на "Лжеце" (речь идет о пьесе Д.Килти - "Милый лжец". - В.В.) - и успокоилась вполне. Первое - это не драматургия, и непременно надо что-то сделать режиссеру, чтобы облегчить работу актерам и зрителю. Было очень скучно, длинно. Однообразно и мало вкуса, как это ни странно для Акимова. И оформление, и костюмы - все бедно. Простенько и плохого вкуса. Роль женская, конечно, в первую очередь требует, чтобы показали актрису крупного масштаба, со всеми "штуками" актрис вроде Сары Бернар. Не меньше. Да еще надо убедить две тысячи людей, что нельзя не быть в нее влюбленным. Представляете себе такую задачу? Помните открытку с изображением Сары Бернар? Мне кажется, такую актрису надо было сыграть и назвать пьесу "Милые обманщики", так как она не уступает ему ни в чем. Все это не сделано в спектакле. Да и кто может это сделать? Во всяком случае, не я и не мистер Дудин. Что касается человеческого, которое особенно выступает во втором акте, то тут тоже требуется большая и не старая техника, которой никто из нас не обладает. Ведь все-таки влюблен в нее был Шоу. А никто другой. Что касается роли Шоу, то это был врач-гинеколог, с животом, бородкой, тросточкой и всеми манерами среднего человека среднего уровня и возраста... При данных условиях мне не надо браться за это дело. Его надо выиграть и выиграть твердо. А выигрыш далеко не обеспечен. Репетирует Орлова. Во МХАТе - Степанова. Юнгер показалась в Москве с хорошими рецензиями... Неужели вы думаете, что мне надо лезть в эту свалку, не имея ни режиссера, ни партнера, ни своих прежних возможностей...

    (Без даты).


    Работаю на радио с Розой Иоффе. Она советует взяться за "Маленького Принца", пока боюсь. Вчера была в театре. Заглянула в зрительный зал. Играли "Кураж". Глизер получила эту роль слишком поздно, но Карпова играет великолепно. Танька всегда была талантливым человеком. Когда-нибудь я расскажу вам много интересного из серии человеческих отношений. Но Немую играет по высшему разряду и строго, что очень трудно и очень важно...

    (Без даты).


    Живем в ожидании юбилея Охлопкова, мне надо будет выводить его на сцену и надо будет выдержать пять часов всей этой петрушки...

    (Без даты).


    Ударилась в режиссуру от отчаяния. Премьера намечена на первое апреля. Пьеса - "Мари-Октябрь", помните, мы вместе смотрели французский фильм с Даниэль Дарье - так вот я репетирую. Вместо Самойлова играет Женя Лазарев, и, хотя он мне годится почти во внуки, мы это учли и кое-что предпримем. Главное, что я получила Сашу Лазарева, который сразу потянул роль. Я его очень люблю. Чудесный человек и актер талантливый. Остальные - Кириллов, Левинсон, Аржанов, Лукьянов, Люлин - все на месте, кроме меня. О себе еще не думала. Некогда, заниматься приходится всем, чем можно и не нужно - макетом, музыкой и т.д. "Шо будить" - покажет время... Хочу, чтобы у вас все было хорошо. Все и образуется. Будьте мужественны и инициативны, как всегда. Ваша М.Б.

    16 марта 1965 г.


    Мария Бабанова похоронена на Новодевичьем кладбище.




    Использованные материалы:

    Текст статьи «О Марии Ивановне Бабановой», автор В.Бондаренко
    Материалы сайта www.forum-tvs.ru
    Материалы сайта www.lgz.ru
    Материалы сайта www.amnesia.pavelbers.com





    11 ноября 1900 года – 20 марта 1983 года

    Похожие статьи и материалы:

    Бабанова Мария (Цикл передач «Мой серебряный шар»)



    Для комментирования необходимо зарегистрироваться!





  • Все статьи

    имя или фамилия

    год-месяц-число

    логин

    пароль

    Регистрация
    Напомнить пароль

    Лента комментариев

     «Чтобы помнили»
    в LiveJournal


    Обратная связь

    Поделиться:



    ::
    © Разработка: Алексей Караковский & журнал о культуре «Контрабанда»