"Величайшая польза, которую можно извлечь из жизни —
потратить жизнь на дело, которое переживет нас". Уильям Джеймс.
 














  • Спорт | Бокс

    Шмелинг Макс (Max Schmeling)



    Чемпион мира по боксу (1930 — 1932)




    Макс Шмелинг (полное имя: Максимиллиан Адольф Отто Зигфрид Шмелинг) родился 28 сентября 1905 года в Германии.

    Многие еще помнят его, ибо он ушел совсем недавно. Лично я, когда раньше слышал его фамилию, ничего, кроме презрения, не выказывал. Потом, правда, мое отношение кардинально изменилось.





    Действительно, что я, советский человек, должен чувствовать по отношению к члену враждебной армии, читая при этом: «Нацист Шмелинг перед матчем (с Джо Луисом) безудержно хвастал, что «ариец» всегда победит негра».

    Макс Шмелинг родился в Германии в семье матроса торгового флота. В конце двадцатых он поехал «завоевывать» Берлин, и это ему отчасти удалось благодаря «богеме», которую спустя несколько лет, при национал-социализме, в большинстве своем арестуют. Попробовав свои способности в боксе, он убедился, что у него есть талант.

    К Максу часто относятся предвзято. Это видно, в частности, по фильму Барака Гудмана «Бой» («The Fight») о противостоянии Джо Луиса и Макса Шмелинга. Но у Макса действительно была коммерческая жилка, ведущая к некоторым компромиссам. Какие две характеристики представляются лично мне при упоминании «черного улана Рейна» Макса Шмелинга? Это — приспосабливаемость. Или, скажем мягче, умение возрождаться из пепла. И изгойство — Макс, даже став чемпионом мира, навсегда остался изгоем бокса: Америка, будучи центром боксерского мира, не желала принимать иностранцев.

    Поговорим о первой черте Макса — об умении приспосабливаться (к ней мы еще вернемся). Шмелинг приехал в Америку искать боксерского счастья и вскоре понял, что ему нужен местный менеджер — причем желательно еврей. Он сразу же распрощался со своим бывшим наставником Артуром Бюлоу, который привел его к званию чемпиона Европы, и выбрал себе менеджером дельца по имени Джо Джекобс. Джекобс рекламировал своего подопечного как умел. Даже использовал внешнее сходство Макса с Джеком Дэмпси. И за какие-то два года Джо удалось подписать контракт на проведение матча за вакантный титул чемпиона между Шмелингом и Джеком Шарки. (Правда, до этого Макс выиграл у Джонни Риско и Паулино Узкудуна.) Бой этот считают курьезом. Над Шмелингом долгое время смеялись, ибо Макс — единственный чемпион мира, завоевавший (в 1930 году) титул, лежа на полу. Его так и называли — «горизонтальный чемпион». Дело в том, что во время чемпионского матча Джек Шарки в четвертом раунде не рассчитал удар и со всего размаха «заехал» бедному Максу ниже пояса, тем самым лишив Шмелинга возможности продолжать бой. За все это Шарки был дисквалифицирован, и чемпионом мира стал Шмелинг.



    Часто в советской прессе проскакивала мысль, что Шмелинг просто симулировал (Джекобс сразу же стал метаться вокруг ринга и кричать, чтобы бой прекратили). Но так могут говорить только те, кто самого боя не видел. Кто запись боя смотрел, поймет, что после такого удара по «запретной зоне» ни о каком продолжении матча речи быть не могло — что, между прочим, сам Шмелинг и показывал рефери Джиму Кроули.

    А что же наш новоявленный чемпион? В фильме 2003 года «Бой» говорится, что завоевание титула прошло незамеченным. Позволю себе, просмотрев часы кинохроники тех лет, с этим не согласиться. Шмелинга в Берлине встречали, торжественно. Конечно, не так тожественно и официально, как после победы над Луисом в 1936 году. Но все же.





    Через год Шмелинг приехал в Америку и отстоял свое звание чемпиона, нокаутировав Янга Стриблинга. Теперь над Максом уже не смеялись и «титул» «горизонтальный чемпион» от него отошел. А еще через год матча-реванша добился незадачливый Джек Шарки: да, мол, он нарушил правило, но случайно, мол, а поэтому имеет, так сказать, моральное право на повторный матч. Америка недолюбливала немцев, в которых видела нарождавшихся нацистов, и жаждала воцарения Шарки. А когда Джо Джекобс узнал, что рефери на ринге назначен Эд Смит — давний и закадычный друг Шарки, он мрачно заявил: «Моему парню нипочем не дадут выиграть!».

    Так и получилось. И поныне большинством считается, что этот бой 1932 года засужен, и корону у Шмелинга отобрали незаслуженно. Официально Шарки выиграл с разногласием судей. Но вы посмотрите отчеты. Смит поставил своему другу 7 выигранных раундов (Шмелингу — 3). Судья Джордж Келли: 7 — 8 в пользу Шарки (почти поровну). Зато судья Чарлз Мэтисон поставил 10 — 5 в пользу Шмелинга! Каково? Короче, засуженный и лишенный короны, Макс вернулся в Германию. Изгой среди боксеров.

    Но боксера Шмелинга еще ждала слава — даже превышающая чемпионскую. 19 июня 1936 года он побьет несокрушимого Джо Луиса. Это будет одно из трех поражений в профессиональной карьере Луиса (причем два остальных придутся на период спортивного увядания Джо). И ведь почти никто не верил в эту победу, кроме разве самого Шмелинга. Ставки были 10 к 1 в пользу Луиса. 4 к 1 в пользу того, что Джо нокаутирует Макса, и 2 к 1 в пользу того, что бой не продлится более семи раундов. Но действительность превзошла все ожидания. Первые раунды были примерно равными. Потом, после четвертого, преимущество перешло к Шмелингу. Затем мама Джо Луиса вскрикнула: «Боже, он убьет моего мальчика!!» (мамашу Лилли увели). И, наконец, в 12 раунде Макс нокаутировал Джо.

    До этого Шмелинг с немецкой дотошностью просматривал кинохронику боев Джо Луиса. Прямой удар в корпус у Джо был, пожалуй, лучшим, но, нанеся его, он направлял руку вниз, к поясу, а не вверх, тем самым он открывался на долю секунды. И Шмелинг решил, что этого времени ему хватит для контрудара правой. Так и вышло. Прибавьте к этому, что перед боем сам Луис набрал в весе, потерял форму, а его тренер был в запое.

    Вот теперь Германия встречала своего сына по достоинству: масса народа, официальный эскорт от Геббельса. Дело в том, что Макс, будучи женатым на «неполноценной» чешке и имея менеджером еврея, нацистом, конечно, не был. (Министр спорта в письменной форме требовал у Шмелинга, чтобы тот распростился с менеджером-евреем, но Макс отказался это сделать.) Но такова была эпоха. И таков был Шмелинг, считавший, что «дружба» с верхушкой Рейха принесет ему и его друзьям (многие уже были арестованы) больше благ, нежели официальный разрыв с этим правительством. Макс, в отличие от многих, не хотел уезжать из Германии (он не сделал этого и после второй мировой войны, когда снова имел такую возможность), и ему приходилось так или иначе мириться с ее правительством.

    Макс стал символом нацизма. По распоряжению Геббельса журнал «Das Schwarze Korps» пропагандировал, что, дескать, победа Шмелинга над Луисом не была только спортивной, ибо это — вопрос престижа арийской расы. А как иначе, если чистокровный арией (да еще немец!) бьет «неполноценного» негра? (Между прочим как бы «забывали», что бабушка Макса по материнской линии была не арийкой, а монголкой!) По личному распоряжению Гитлера поставили даже уродливую многометровую статую Макса Шмелинга (к счастью, потом ее снесли).

    Теперь ожидался новый чемпионат мира, где первым челленджером был, конечно, Макс. Но тут вмешалась в дела нечистоплотность тогдашнего чемпиона мира Джеймса Брэддока. Промоутер Джо Луиса, Майк Джекобс (однофамилец менеджера Шмелинга), считал, что если Шмелинг победит Брэддока (что представлялось весьма и весьма вероятным), то титул останется в Германии, и вырвать его из рук Гитлера вряд ли удастся; а значит, и Луису звание чемпиона не светило. Поэтому Джекобс стал торговаться с Брэддоком и его менеджером Джо Гулдом. Последние учуяли, что пахнет не просто зеленью, а зелеными насаждениями, и выторговали нечто баснословное — гонорар около 500 000 долларов (по другой версии — 300 000) и десятипроцентные отчисления из гонораров Джо Луиса в течение последующих десяти лет! (Сторона Луиса получала 17,5% от сборов после всех налоговых отчислений.) Отнюдь не победа над Бэром обеспечила Джеймса Брэддока на всю жизнь, это сделал Джо Луис.



    Джеймс Брэддок и Джо Луис

    Когда подходило время матча со Шмелингом (30 сентября 1936 года), Брэддок, все для себя уже решив, сделал финт руками и якобы травмировал одну из них. На самом деле это, конечно, был финт ушами, чтобы отменить поединок с немцем. (Показательно, что переговоры с Майком Джекобсом продолжались — невзирая на мнимые травмы.) Макс все понял и подал протест в Атлетическую комиссию штата Нью-Йорк (NYSAC). Шмелинг, по его словам, потратил на подготовку к бою с Брэддоком более 30 000 долларов (примерно столько же заработал Джеймс за чемпионский поединок с Бэром) и после победы над Луисом имеет все права на матч за титул. NYSAC в декабре 1936 года справедливо запретила Брэддоку на подвластной ей территории проводить бой с Джо Луисом до встречи со Шмелингом. Тогда бой с Максом назначили теперь уже на 3 июня 1937 года в Медисон-сквер-гардене. Но это был очередной финт ушами, ибо стороны Брэддока и Луиса уже договорились. Так, 20 февраля 1937 года Джеймс в «The Miami News» хвалился, что побьет Луиса (мели Емеля!..), а боя со Шмелингом до этого события не намечается. Удивительно, что ни Брэддок, ни его команда не боялись суда за сорванный матч со стороны руководителей Медисон-сквер-гардена... 14 апреля 1937 года в «Pittsburgh Post-Gazette» «виновники торжества» обвиняли в срыве матча «Брэддок — Шмелинг» кого угодно, только не самих себя. Их оправдания начинались со странного заявления, якобы бойкот относительно переговоров о титульном матче между Брэддоком и Шмелингом «находится вне всякого контроля ответчиков» (ага, это не Шмелинг, приехав через океан в Америку, бегал по инстанциям, добиваясь справедливости, — это, оказывается, наш «золушок» надрывался, да вот контроль упустил по рассеянности!), а сие, в свою очередь, «аннулирует предмет контракта» Шмелинга, а значит, крайне «несправедливо и неправомерно (именно так! — Р.С.) вынуждать Брэддока к встрече со Шмелингом»... Грустно это читать, понимая попутно, что за всю эту историю несет ответственность прежде всего Джеймс Джей Брэддок — тот самый, кем восторгалась публика и многие из нас, когда смотрели фильм «Нокдаун». Вот что слава и деньги делают с людьми... Шмелинга обворовали. Уже не в первый раз. А чтобы обойти ограничения NYSAC, бой между Брэддоком и Луисом провели не в Нью-Йорке, а в Чикаго. И чемпионство победившего Луиса признали. Сначала, 30 июня, NYSAC, а потом, 1 июля, и NBA.





    Макс Шмелинг был раздасован на всех янки, и было за что. В 1932 году его в бою с Джеком Шарки просто засудили, лишив чемпионского звания. А тут появилась реальная возможность вернуть титул — и на тебе!

    У Шмелинга тоже были уши, и он решил, что пора бы ими уже пофинтить. Пользуясь заслуженным авторитетом в Европе, он подыскивал себе в соперники сильнейшего боксера Старого Света, дабы провести с ним как бы альтернативу продажным мировым чемпионатам, организованным янки. И претендент нашелся — англичанин, а точнее, валлиец Томми Фарр (которого по иронии рока начнут вскоре засуживать во время гастролей по Америке). Переговоры начались и — вскоре закончились. Ибо уши оказались еще у одного человека, который не только не боялся боя со Шмелингом — он, памятуя о поражении ему в 1936 году, жаждал реванша! Это, разумеется, был Джо Луис, и он просто-напросто предупредил т. н. «европейский чемпионат мира» победой над Фарром. Теперь матч Макса с Томми лишался былого смысла. Да и Луис, в отличие от Брэддока, от боя уклоняться не собирался. Как бы то ни было, вскоре был подписан контракт на бой «Луис — Шмелинг».

    Удивительно, как немцы верили в победу Шмелинга, забывая слова Луиса: «За это время мой соперник на два года постарел, а я на два года стал опытнее» (Джо был почти на 9 лет моложе Макса). Джо Луис уже не был тем Джо Луисом. Его техника стала лучше, он вошел в форму, он много тренировался, и он готов был либо умереть, либо победить. Бой 22 июня 1938 года между Шмелингом и Луисом длился всего один раунд. Немец был повержен. Вначале Макс жаловался, что в поражении виновен удар по почке, который он получил. Но потом понял, что плакаться после поражения унизительно, и он лишь извинился пред всеми, кого подвел (трансляция шла и на Германию). А уже в следующем интервью заявил: «Спорт есть спорт, и в нем не может быть ненависти». Великодушно для нацизма, не правда ли? Но теперь Макс и не ждал поддержки со стороны верхушки Рейха.





    В Германии его встречала лишь группа близких друзей — кумиры быстро забываются. Но зато и закончились связи Макса Шмелинга с правительством Германии. Как говорил впоследствии Макс: «Во всем есть что-то хорошее. Не проиграй я тогда Луису, и мои отношения с Гитлером и Геббельсом могли бы зайти слишком далеко».

    Мало того, Макс стал оппозиционером. Он многие годы не рассказывал историю, которую теперь знают практически все: однажды он укрыл у себя евреев-подростков во время еврейских погромов нацистами. Вот такой «символ нацизма»...

    После поражения Луису Шмелинг уже не показывал высоких спортивных результатов. В период второй мировой войны его даже призвали в полк парашютистов, так что военных тягот Шмелинг не избежал.

    После второй мировой войны Макс Шмелинг был оправдан в плане преступлений нацизма. И снова, в который уже раз, «черный улан Рейна» воспользовался своим качеством приспосабливаемости. Макс начал с нуля и стал бизнесменом. Он имел свое фермерское хозяйство, где не гнушался работать вместе с работниками. Потом он приобрел лицензию компании «Кока-кола», что позволило сколотить ему настоящие капиталы. А вот Джо Луис к тому времени вконец разорился.



    Джо Луис и Макс Шмелинг, 1971 г.

    Так что похороны своего соперника-друга финансировал именно Макс Шмелинг.

    Автор текста Руслан Смородинов

    Некоторые даты

    1924 — выход на профессиональную боксерскую арену;
    1930 — завоевание чемпионского титула в бою с Джеком Шарки;
    1930 — назван лучшим боксеров года по версии журнала «Ринг»;
    1931 — успешная защита титула в бою с Янгом Стриблингом;
    1932 — поражение Джеку Шарки и потеря титула;
    1932 — победа над Микки Уолкером;
    1933 — поражение Максу Бэру;
    1933 — женитьба на актрисе Анни Ондра;
    1936 — победа над Джо Луисом;
    1941 — участие в боевых действиях парашютных войск, высадка на Крите;
    1947 — возвращение к боксерской карьере;
    1954 — возвращение в Америку, посещение могилы Джо Джекобса в Нью-Йорке;
    1957 — покупка лицензии компании «Кока-кола»;
    1970 — включен в Боксерский зал славы;
    1981 — финансирование похорон Джо Луиса;
    1982 — включен во Всемирный боксерский зал славы;
    1987 — смерть Анни Ондра;
    1992 — включен в Международный боксерский зал славы.





    28 сентября 1905 года – 2 февраля 2005 года



    Для комментирования необходимо зарегистрироваться!





  • Все статьи

    имя или фамилия

    год-месяц-число

    логин

    пароль

    Регистрация
    Напомнить пароль

    Лента комментариев

     «Чтобы помнили»
    в LiveJournal


    Обратная связь

    Поделиться:



    ::
    © Разработка: Алексей Караковский & журнал о культуре «Контрабанда»